Радостное усердие и стремление (шавк и иштияк)

Слово «шавк» означает «радостное усердие, сильное желание, чрезмерное усердие, радость и веселье, исходящие из познания Господа». Суфии употребляют это слово для выражения непреодолимого желания сердца встретиться с Возлюбленным, который не может быть до конца понят и познан или исчезает после созерцания. Одни истолковывают это как радостное желание, волнение, возбуждение и предельно искреннее стремление увидеть Лик Возлюбленного. Другие рассматривают его как огонь, сжигающий дотла все желания, пожелания, стремления и склонности, кроме любви и устремления к Возлюбленному.

Началом радостного усердия является любовь. Сердце, горящее желанием воссоединиться с Возлюбленным, может исцелить лишь встреча с Ним, где радостное усердие на пути такой встречи служит крылом из света. И когда влюблённый воссоединяется с Возлюбленным, радостное усердие пропадает, но его стремление (иштияк) продолжает расти. Человек с таким стремлением никогда не перестаёт тосковать по Нему, и с каждым божественным даром и проявлением Божественной Самости его совесть возглашает: «Хель мин мезид?» (Есть ли ещё?). Именно поэтому Венец рода человеческого и Пророк пророков благословенный Пророк Мухаммад, который пребывал в непрерывном состоянии познания Господа, любви и стремления к духовному блаженству и постоянно путешествовал между вершинами любви, радостного усердия и стремления, всегда молил: «О Господь! Я прошу Тебя об усердии в созерцании Твоего Прекрасного Лика и воссоединении с Тобой!» (Насаи, Сахв 62; Ахмад бин Ханбаль, Муснад 5/191).

Некоторые исследователи Корана при толковании аята: «те, которые уверовали, любят Аллаха сильнее» (Св. Коран, 2:165) указывают на то, что радостное усердие испытывается в вещах, которые более-менее воспринимаемы и не воспринимаемы, до известной степени понятны и не понятны. Как известно, человек не проявляет усердия в вещах, которых никогда не видел или не слышал, или же в которых ничего не понимает или не знает их. Он так же равнодушен и к вещам, которые никогда не сможет познать.

Усердие и стремление можно разделить на две категории:

а) страдание от разлуки и стремление к Возлюбленному после встречи с Ним и созерцания Его в прошлой вечности. Скорбный звук свирели Джалаледдина Руми и мучительный скрип вращающегося водяного колеса Юнуса Эмре выражают такую тоску, вздохи и стоны которых не прервутся до конечного воссоединения с Ним;

б) влюблённый видит своего Возлюбленного из-за завесы и потому не в состоянии до конца понять то, что видел. Он чувствует Его присутствие, но не видит Его. Он «макает свой палец в мёд любви», но не может сделать шаг дальше. Одолеваемый жаждой, он слёзно просит дать ему попить, но не получает ответа.

Души людские созерцали Его в прошлой вечности, в день сотворения и сбора человеческих душ (безм-и элест), когда Творец спросил их: «Не Господь ли Я ваш?», – они отвечали: «Да, мы свидетельствуем [, что Ты наш Господь]» (Св. Коран, 7:172). После такого сбора, вызванного либо человеколюбием людей, либо их испытанием на веру в Творца, не видя Его, человечество было брошено в пространство преходящей душевной боли и страдания от разлуки и тоски. Поэтому люди всю жизнь бредят и мечтают о Нём, горят и пылают желанием воссоединиться с Ним. При этом радостное усердие Самого Чистого и Святого, устремлённое к благородным духам, чистым душам и здравым натурам, намного важнее, но только в виде, соответствующем собственной независимости Божьей Самости. Кто знает, возможно, истинным источником стремления, которое пылает в груди влюблённого, является это божественное радостное усердие?

Усердие означает обращение к Возлюбленному всеми внешними и внутренними чувствами и отчуждение от всех стремлений, кроме стремления к Нему. В контексте стремления это означает «наполняться и бить через край желанием и устремлением к Нему». И такое усердие, и такое стремление к Нему являются важными источниками, питающими дух человека. При этом они болезненны, но воодушевляют, мучительны, но многообещающи.

Не найти в народе никого, кто не сгорал бы от огня любви, не стенал бы от радостного усердия и не мучился бы, будучи одновременно таким блаженным. Такие люди так одухотворяются и вдохновляются мыслью и надеждой на воссоединение с Господом, что если бы им в это время сказали: «Войдите в рай!», нет сомнения в том, что они отказались бы от такого предложения. В душе своей они так изнывают от боли разлуки, что даже райские пруды и реки не в состоянии погасить пожар в их сердцах, и погасит этот огонь лишь встреча с Истинным Другом. И что интересно, они при этом даже и не избегают горения в огне усердия и стремления к встрече с Творцом! Они так же отвергают и предложение укрыться от огня в райских дворцах, хотя при этом стонут и причитают, словно грешники в аду, молящие о прощении.

Люди, поглощённые мирской жизнью, не могут знать, что означает радостное усердие и состояние тех, кто пребывает в таком состоянии. При этом люди радостного усердия не перестают удивляться людям в плену мирских забот и услад. Их изумление вполне объяснимо, ибо однажды Всевышний Творец велел досточтимому Пророку Давуду следующее: «О Давуд! Если бы те, кто гонится за мирским, видели, как Я жду их, Моё милосердие и как Я хочу, чтобы они избегали согрешения, то они умирали бы от желания и стремления ко Мне» (Кушайри, Рисалатуль-Кушайрия с.495; Газали, Ихьяу улумиддин 4/326, 361).

Когда радостное усердие охватывает подобно огню всю суть влюблённого, то он вдохновляется смешанными чувствами страдания и удовольствия и восклицает: «Усердие вскружило мне голову и поразило меня; оно сожгло меня. Усердие вмешалось в мой сон, приблизило к Нему и поглотило меня, наполнив мучением и благоговением».

Иногда такое усердие побуждает влюблённого пускаться в экстазе в экстатичный танец. Тогда такое состояние влюблённого, когда его воля не может устоять перед напором такого усердия, нужно воспринимать с пониманием: «Скажите тому, кто хочет воспрепятствовать духовному экстазу влюблённого: «Вы не пробовали вино любви вместе с нами, так что оставьте нас в покое! О, невежды духовности! Знайте, что тело начинает танцевать, когда душа наполняется усердием для встречи с Возлюбленным. O, тот, кто вдохновляет влюблённых, встань и направляй нас именем Возлюбленного, и вдыхай в нас жизнь».

В наши дни радостное усердие путём осознания собственного бессилия и ничтожества перед Всевышним Творцом толкуется как служение вере, защита от чувства безысходности, восприятие самых тяжёлых условий и худших состояний как проявление Божественной милости, терпеливое ожидание с упованием на лучшее и непоколебимое доверие Творцу. Это и является одним из четырёх измерений и четырёх глубин современных героев служения вере.

О Господь! Я прошу Тебя о рвении и тоске по встрече с Тобой! И даруй мир и благословение нашему господину Пророку Мухаммаду, господину всех тех, кто полон рвения и тоски по встрече с Тобой!

Сноска
1. Джалаледдин Руми говорил, что скорбный звук свирели является стоном её разлуки с камышом. Юнус Эмре, турецкий народный поэт тринадцатого века, называл скрип от вращения водяного колеса стоном разлуки с лесом. Образно говоря, оба примера напоминают людям об их разлуке с Вечно Возлюбленным после единения с Ним в «прошлой вечности»: данная фраза была придумана для передачи смысла арабского слова «азал» – состояния, не имеющего начала. Начальными строками «Маснави» Руми являются следующие:
Вы слышите свирели скорбный звук?
Она, как мы, страдает от разлук.
О чём грустит, о чем поёт она?
«Я со стволом своим разлучена.
(с той поры, как меня, срезав, разлучили с зарослями камыша)».